В порядке эксперимента начала носить медицинскую маску в метро. Не знаю сама, чего в этом больше - мизантропии ноябрьской или нежелания свалиться с гриппом, пожалуй, поровну. Похоже, придется распространить эксперимент и на маршрутку, кстати, ибо сегодня с утра там отчаянно перхали и шмыгали. Про метро даже говорить не хочется: увиденные сцены с самозабвенным ковырянием в носу за чтением книги (видимо, для стимулирования мыслительного процесса) и последующим отправлением пальцев в рот заставляют мечтать о скафандре или водолазном костюме.
В маске чувствую себя как Пятачок из отчественного мультика, которому в гостях перевязали слюнявкой рот. В ней душно вообще говоря, и она наползает на глаза, частично закрывая обзор, и даже когда избавляешься от маски ощущение постороннего предмета на лице не покидает еще минут 20. Так что как долго продержусь не знаю даже.
Народ, как водится, косится в метро на маску, некоторые откровенно шарахаются, но это, если честно, даже забавляет.

Для меня есть в году два месяца, которые соперничают за звание унылой безнадеги - февраль и ноябрь, и даже не знаю, через какой труднее выгрести на поверхность. В ноябре помогает накопленное в предыдущие месяцы в организме солнце, в феврале - преддверие скорой весны. В ноябре угнетает долгая-долгая унылость впереди, в феврале уже просто не остается сил. И опять эта чавкающая каша из бывшего снега под ногами

Довольно долго - с лета - не решалась взяться за "Образы Италии" Муратова, ибо предвидела: накроет и затянет. Гурманство)))
"Для нас, северных людей, вступающих в Италию через золотые ворота Венеции, воды лагуны становятся, в самом деле, летейскими водами. В часы, проведенные у старых картин, украшающих венецианские церкви, или в скользящей гондоле, или в блужданиях по немым переулкам, или даже среди приливов и отливов говорливой толпы на площади Марка, мы пьем легкое сладостное вино забвения. Все, что осталось позади, вся прежняя жизнь становится легкой ношей. Все пережитое обращается в дым, и остается лишь немного пепла, так немного, что он умещается в ладанку, спрятанную на груди у странника".

Вообще говоря, отпуск уже подзабылся и кажется почти что прошлогодним, и уже думается о новых путешествиях, но все ж. Хочется немножко вспомнить его. Были Крит и Милос. Ключевое слово - Милос, потому что Крит, прекрасный Крит, он был уже много раз и возвращение туда кажется путешествием в подзабытый, но родной и знакомый край.
А Милос, Милос он был фантастический.
Путешествие туда с Крита было долгим и томительным. Началось все с опоздания парома. В обещанные полседьмого утра он не обнаружился, и я металась по пристани, присматриваясь ко всем пришвартованным посудинам в панике: вдруг упустили? В зале ожидания кроме туристов - никого, и ни самого завалящего расписания, ни справочной. Смирившись со своей участью и успокоившись, вяло ждали, наблюдая за рассветом. Паром пришел через четыре часа. Еще около восьми плыли, добрую половину пути развлекая чужое белобрысое дитя лет пяти, изъяснявшееся с нами знаками и изредка произносившее с явных британским прононсом yes, но имя свое написавшее почему-то по-гречески. С дитем играли в какую-то странную карточную игру, правила которой додумывались по ходу, потом дите рисовало страшные апокалиптические картинки, а потом забузило не по-детски и было удалено своей вспомнившей вдруг о нем родительницей.
Но Милос -он определенно стоил всех мучений. Наша рыбацкая деревушка встретила нас предзакатным солнцем, белыми лодками, плясавшими на темно-синих волнах и ветрищем, выдувавшем все мысли, хлопавшим клеенчатыми стенами кафешных веранд. Мы сидели на берегу моря в ресторанчике, наблюдая за лодками и морем, а рядом, в том же ресторанчике расположилась веселая греческая молодежь, красиво и увы! -непонятно певшая под гитару что-то прекрасное и невероятно вписывавшееся в окружающий пейзаж.
Самое поразительное на острове - это геология. В общем-то это не единственный вулканический остров в Греции, но такое разнообразие пейзажей вряд ли где-то еще увидишь в этой стране - красные, какие-то марсианские скалы сменяются белейшими плитами, напоминающими поверхность гигантского гриба, потом абсолютно черные скалы, состоящие, как кажется из бесчисленного количества трубочек, нанизанных одна на другую и напоминающие гигантские черные оргАны, потом опять же белизна, но уже другая, гроты, гроты, гроты, в которые народ заплывает на надувных лодчонках, пляжи, в которые попасть можно только с моря - и я плаваю, соскальзывая в прозрачнейшую воду прямо с прогулочного катера, который катает нас вокруг острова. Неужели это все было?

На этот пляж мы прибрели на своих двоих, преодолев энное количество холмов и стройку. Пляж оказался абсолютно пустым и если бы не близлежащая стройка, можно было бы подумать, что оказался минимум на Марсе, а то и еще где подальше


Пляж Папафрагас


Рыбацкая деревушка Клима

В прошлые выходные давали Киев. Город теплый - несмотря на прохладу и грозовое небо, легкий, южный, нарядный, простой.В Киеве мне хорошо, Киев - это прогулка почти налегке, без привычной скорлупы, кабинет душевной релаксации и отогрева - в Москве прохладно в последнее время.
Киев вряд ли бы состоялся без людын, больших и маленьких, киевлян и не очень. Но они были, и он просто не мог не состояться.
Меня гуляли, кормили-поили, умывали третий глаз, немного образовывали.
Парки, дорожки, лесенки вдоль Днепра, мальчик с плюсиком, купола, небо в облаках, тревожных, свинцовых, подсвеченных солнцем, сладкий запах лип, непременная черешня утром и вечером. Благорастворенность.
Лавра разочаровала, оказалась для меня ненастоящей, пустым домиком из фольги, и даже пещеры не вызвали никаких движений души.



Зато хороша, хороша Кирилловская церковь, не только красотой и стройностью, но и странностью своей, и дело не только во врубелевской Богородице с невероятным взглядом, полным нечеловеческой тоски и чего-то иного, невыразимого в категориях знаний, доступных homo sapiens; не только во фресках и близости психиатрической клиники, где в свое время оказался создатель кирилловского иконостаса, и в местную церкву которой мы проникли, следуя совету кирилловской аннушки, пообещавшей резьбу и великолепие. Камушки калейдоскопа нужных цветов, размеров и форм нашли друг друга и сложились в правильный узор. Надо сказать, место это долго меня не хотело отпускать, и мне его не хватает.



Гениальное Пирогово, этнографический музей под открытым небом, какое-то живое слишком и настоящее для музея место. Запомнились гуцульщина и полесье, запах дерева и травы в одной из церквей, простодушно нарисованные образа и свечи - несмотря на музейную принадлежность, церква действующая. Ну и хлынувший под занавес прогулки дождь, и черный пес, бродивший под ливневыми струями по столу, поедая остатки брошенной кем-то трапезы во дворе шинка, будя почему-то воспоминание о фильмах Тарковского.





Еще был теплоход и переживающая ренессанс группа "Ласковый май", посольство божие на Майдане - вот так просто, ну и конечно, София. Золотая, спокойная, обволакивающая. Оказалось, в древности некоторые фрески могли улыбаться. И еще много, много всего, хорошего и теплого.
Отъезд мой тоже был волшебен, ибо из такси в аэропорт я выгрузилась с редкой Псалтырью и молитвенными четками.

Быть может, я к этому когда-нибудь приду, и место очередного увесистого томуса в моей сумке займет какой-нибудь палм и электронная книга. Попала же я когда-то под влияние цифровых технологий и отказалась от любимой пленки, хотя поначалу долго цеплялась за любимый аналоговый Canon. Но пока - пока книжки, книги, талмуды, которые я неизменно с собой таскаю, продолжают оттягивать плечи. Может быть, потому, что информации, считанной с экрана, мне хватает и в конторе. Но скорее, потому, что книга - это не просто информация, это ритуал, привычный с детства. Звук перелистываемых страниц, шрифт, запах бумаги - у каждой они особенные. Казалось бы, как может пахнуть книга: затхлым уютом - книги те, что постарее, свежестью новых бумажных листов - только что привезенные из магазина. Но вот мой Барнс отчаянно благоухает почему-то стираным бельем и немного - свежескошенной травой, а раздобытый вчера Перрюшо - деликатно пахнет старым ридикюлем из детства. И с каждым экземпляром - своя, отдельная история, и об этом можно написать целую поэму.
Отдельная история - покупка книг. Я вообще довольно редко в последнее время позволяю себе шариться бесцельно по магазинам, потому что заканчивается это одинаково: брешью в бюджете, увесистой авоськой и риторическим: когда я все это прочту. Но вот в последнее время появилось у меня новое увлечение - разыскивать что-нибудь эдакое, чего в магазинах столицы днем с огнем. Началось все с поиска парочки редкостей по просьбе товарищей, но, как человек азартный, я втянулась в процесс. Так вот совершенно случайно в одном из интернет-магазинов, например, обнаружились Гаты Заратустры, а в букинистическом магазине, куда я намедни отправилась за заказанным Перрюшо, попались мне на глаза Фирдоуси и Низами. Естественно, они перекочевали жить в мой переполненный книжный шкаф.
Букинистический - это, кстати, тоже песня. Моментально очаровала меня эта комната, с полками до потолка - мечта идиота, стопками книг, лежащими там и сям, мягким, неярким светом, тишиной. Несколько минут чистого восторга, совершенно непохожего на радость похода в хороший книжный магазин. Потому что новенькие обитатели всяческих домов книги - младенцы, только появившиеся на свет, а здесь - много сотен состоявшихся книжных судеб. В общем, оттуда я сбежала, когда в руках вместо запланированной одной у меня оказалось четыре книги, хорошо понимая, что это далеко не предел.

Как показывают четырнадцатые февраля последних лет, включая нынешний, самый крепкий роман у меня - с работой.
а за окном фантастический снегопад. Хочется в занесенную снегом избушку в глуши, с книжкой на теплую печку. Перед сном выходить на улицу дышать морозным воздухом и скрипеть снегом.

- Вы сумасшедший?
- Напротив я так нормален, что порой сам удивляюсь.
- Вы негодяй?
- Да, а кто нынче хорош? Вот я например, вижу: летит бабочка, головка крошечная, безмозглая, крылышками бяк-бяк-бяк, бяк-бяк-бяк... ну дура-дурой! Воробушек тоже не лучше. Береза тупица, дуб - осел, речка - кретинка, облака - идиоты, лошади - предатели, люди мошенники, а что делать? Весь мир таков, тут уж стесняться нечего...
(Обыкновенное чудо)

Воистину, человеческий мозг со всем своим сознательным и бессознательным загадка великая есть. Сегодня мозг показал мне сон про Эдиту Пьеху, которая выступала на сцене в белом меховом манто. Украшением сцены служили художественнно выложенные трупики белых пушистых кроликов - их было очень много. К творчеству Эдиты Пьехи я при этом весьма равнодушна, к кроликам отношусь спокойно, на ночь читала про буддийские психотехники. Откуда что берется только.

Предыдущий год закончился и фиг с ним, я отчего-то уверена, что новый будет лучше, несмотря на все кризисы. Но были в прошлом году яркие моменты, настроение которых хочется сохранить и в году нынешнем. Вот, например, ноябрь.
С Португалией все понятно: единственный вечер в Лишбоа позитив, и ностальгия, и радость от встречи с полюбившимся городом.
Потом, после N-ого количества часов в самолете и посадки в Кабо-Верде, пришла очередь Колумбии. В эту страну я летела с большой опаской, родственникам говорила: вот вернусь, если меня не застрелят в Колумбии.
Она мне представлялась зловещим местом, с постоянными разборками местных наркобаронов, стрельбой среди бела дня и кучей опасностей, подстерегающих европейского вида приезжих. Колумбии было совсем немного - меньше суток, прилетели ночью, улетели днем - и исключительно в позитиве. Запомнилось: бесконечные холмы, покрытые густой зеленью - сразу вспоминается "Роман с камнем", колониальный центр с голубиным вихрем, цвета и запахи, яркие картинки. Все сочное, яркое, жизнеутверждающее. Переговоры и пресс-конференция - в доме, где некогда жил (и наверняка работал) латиноамериканский деятель Симон Боливар. В ожидании подхода шарились по особняку, влезли на кухоньку, где нам налили горького, густого кофе, выбрались на крышу полюбоваться видами. Голова на высоте 2600 немного шла кругом.



( дальше )

Осенний сезон, вроде бы, подошел к концу, а количество, гм, выражаясь по-европейски, эмоционально отличных людей в общественном транспорте не уменьшилось. Или я за без двух дней две недели успела отвыкнуть от столицы. За это время были Португалия-Колумбия-Перу-Бразилия-Эквадор. Ярко, смачно, жизнеутверждающе, несмотря на смену часовых поясов и местоположения над уровнем моря - от нуля до почти трех тысяч метров, от которых организм плющило и размазывало. Сейчас организм все еще плющит, но с жизнеутверждающими картинками на родине в этот сезон сложнее. Будем искать.

Первые два осенних месяца проскочили, как нечего делать. Только собралась на природу шуршать опавшими листьями и наслаждаться осенней разноцветицей, когда обнаружила, что все деревья облезли, а то, чем можно было шуршать, скукожилось окончательно. Опять хроническое неуспевание, категорически не вписываюсь в установленные временные рамки, добавить бы в сутки лишних часиков пять, и так, чтобы для себя... Успеваю только тоннами поглощать сладкое - либо не питаться вообще, в зависимости от настроя. Октябрь ознаменовался знакомством с Киргизией и ломкой стереотипов (моих) о Германии. И еще образовавшейся йога-зависимостью. Долбаный кризис аукается пока не столько материальными, сколько психологическими последствиями. Например, захотелось вдруг курить, но - ни-ни. А еще мне категорически нравится Питер, и пусть говорят, что он холодный и серый, и небо там низкое. Мне там категорически хорошо, м.б. потому, что мои редкие визиты туда крайне непродолжительны? Но отчего-то мне там необыкновенно комфортно и благостно.

Не так давно в одном из московских аэропортов появилась новая примочка - типа рамки, в которой нужно остановиться, чтобы тебя просканировали. Так вот если верить вот этой ссылке: http://www.spiegel.de/fotostrecke/fotostrecke-36485.html то работники аэропорта могут любоваться фатически голыми нашими телесами.
Во-первых, это, конечно, нарушение прайваси и прочих человеческих прав, а во-вторых, интересно, как людей, работающих с этой рамкой, не начинает тошнить на второй день, с учетом того, что авиатранспортом полюзуются в большинстве своем отнюдь не люди с фигурами адонисов и афродит. Впрочем, наверное, здесь срабатывает тот же защитный механизм, что и у врачей, например

Решила сделать еще одну попытку получить некоторое представление о ПДД, навыки вождения, ну и права, само собой.
Лектора нашего зовут Михаил Булгаков. Жаль, что отчество не Афанасьевич.

Октябрь. А я сегодня пришлепнула дома крупного, но дистрофичного комара. Комар вывелся из мотыля, которым я кормлю тритониху. Потому что животное не всех червяков успевает сожрать, а к мелкому мотылю вообще довольно брезгливо относится. Еще одна дистрофичная комариная личинка плавала в аквариуме. Надеюсь, они не малярийные.

Долго колебалась и все-таки пошла. В Доме кино были монахи монастыря Пхиянг и Safety magic вместе с Машей Макаровой. Выкатились, не досидев до конца, в состоянии близком к тому, что я бы назвала культурным шоком. Быть может, не так и много нужно, чтобы его испытать?
О монахах. Лишний раз убедилась, что подобные вещи в необработанном виде лучше всего наблюдать в естественной среде обитания. Тибетские монахи в их одеяниях с ритуальными танцами и обрядами в старом зале Дома кино, сохранившего облик, наверное, эпохи оттепели, временами напоминали ансамбль самодеятельности советских времен с национальным уклоном. И дело не в месте и действующих лицах, дело в их сочетании. Да, допускаю, что зал для подобного мероприятия было непросто найти, а также то, что не у всех зрителей имеется возможность отправиться в индийские Гималаи или Тибет, и хорошо, что есть такая возможность, но для себя поняла : мне нужно ТУДА.
И слушая низкие голоса, глухие удары бубна и гудение труб понимала, что цепляет, и мне нужно в Тибет, Непал, Гималаи или хотя бы Калмыкию или Бурятию и видеть все это там.
Safety magic. Один известный журналист, ведущий колонку и на сайте нашего агентства, некоторые опусы начинает с фразы "Наверное, я тупой, но...". Мне очень импонирует такое начало, надо признаться. И вот делиться впечатлениями от прослушивания этой группы я бы начала именно с этой фразы. Наверное, я тупая, но... Но я не смогла это дослушать до конца и пока даже не поняла толком, почему. Ведущий, представляя коллектив, говорил о сплаве джаза, рока и чего-то еще. Как человек, не обладающий даже минимальной музыкальной грамотностью, могу сказать только, что от рока были, пожалуй, басы, от джаза - тоже что-то - мимолетное. + восточные мотивы - местами индийские, местами даже какие-то арабские, приправленные напевавшимися мантрами, психоделическим видеорядом и танцем гибкой, худой кроткостриженной девушки эльфийской наружности. И я люблю восток, мне интересны музыкальные эксперименты с мантрами, и играли хорошо, и голос у Маши Макаровой на мой невзыскательный вкус хорош, а я сидела и не могла понять, что же не так и почему хочется побыстрее слинять.
Может быть контраст с выступлением монахов (сидевшие за нами представители монашеской общины, кстати, очень быстро сбежали из зала), может быть, манера произнесения мантр или тембр голосов, может быть, телодвижения скрывавшейся под тонким полупрозрачным покрывалом ММ, пластичные, но беспорядочные, или кислотный видеоряд, или смутные ассоциации с трансовым направлением...
А может, слегка напугали отдельные особи, которые под впечатлением от музыки, отдались полностью во власть бессознательного и устроили ритуальные пляски. Сложно это описать, пожалуй, это стоит увидеть. Скажу только, что их танцы вызвали совершенно четкие ассоциации с Бондарчуком в "Даун-хаусе", который танцует, воздев руки, пока светское общество предается мордобою. И еще со старой гангстершей из фильма "Не грози Южному централу" на проповеди (На меня снизошла благодать! - Да разве это благодать!Вот это - благодать!)
Наверное, я консервативная особа и нужно, как говорится, избавляться от зажатостей, но я не шмогла. Впрочем, через какое-то время я заметила, что и мои плечи начинают непроизвольно дергаться и тогда я поняла, что пора рвать когти

Вместе с осенью - здравствуй, навязчивая тяга к переменам! К позитивным, само собой. У каждого свое осеннее обострение. Жаль только, что КПД от него обычно небольшой.

Наткнулась вчера в супермаркете на крымскую массандру под названием "Бастардо". Очень тонко. Напейся, как бастардо.
Там же обнаружились вчера старые знакомые и любимые абхазские Апсны, Лыхны, Амра и Псоу -ура!

Оказалось, классику, читанную в школьные и студенческие годы, очень интересно перечитывать теперь. Не без удовольствия перечитываю "Войну и мир", хотя никогда любительницей Толстого не была. Всего несколько лет - а совсем иное восприятие, другая книга, обращают на себя внимание детали, которых не видно было раньше.
Вчера, например, зацепилась за такой фрагмент (сон Безухова):
"Ничем не может владеть человек, пока он боится смерти. А кто не боится ее, тому принадлежит все. Ежели бы не было страдания, человек не знал бы границ себе, не знал бы себя самого. Самое трудное состоит в том, чтобы уметь соединять в душе своей значение всего". Это уже прямо буддизм какой-то.

Из года в год одно и то же: ждешь его, планируешь, предвкушаешь, а потом очухиваешься в тот момент, когда лето уже ускользнуло сквозь пальцы. Хорошо, что еще август. Хорошо, что погода еще позволяет кружить (хотя, скорее, волочить ноги) по московским переулкам и бульварам после работы в попытках выгулять мозг. Хорошо, что еще пахнет теплой травой и нагретой на солнце пылью, а у метро продают георгины и флоксы, а завтракать можно спелыми абрикосами, а дождь пахнет листвой. Все-таки лето - это счастье

я хочу (но не могу):
-хотя бы день без новостей
-легкости бытия и сознания
-умения абстрагироваться
-перестать быть трудоголиком